Сила молодежи покоряет горы

Еще с зимы Летавет подбирает команду, словно режиссер театральную труппу. Этот резок, легко взрывается, обидчив, зато пунктуален, хороший тактик, силен в географии, отлично вычертит карты. Тот не прочь прихвастнуть, присвоить себе заслуги других, зато как никто умеет до толковаться с любой властью на местах, знает нравы и обычаи Азии... Так, притесываются один к другому – инструментальщик к архитектору, конструктор машин к медику. Их всех, таких разных и сложных, объединит и свяжет, подобно мифическому шнуру богини Афины, простая альпинистская веревка. По этой неказистой веревке из замызганного сизаля медвежья сила Ходакевича перельется угловатому Ошеру, педантичность Тимашева остудит порывистого Мухина. А всего их в команде восемь, и идти им в горы в общей упряжке.

В Пржевальске просят встретиться с местной молодежью: «Хотят послушать за альпинизм».

Летавет распоряжается:

– Пойдут Ходакевич с Тимашевым. Сергей нажмет на спортивную сторону, Женя расскажет о науке. Только учти, Сережа, чтобы не повторилось, как у вас с Чекмаревым в Киргизии.

Тимашев недоуменно вскидывает темные глаза, Ходакевич ухмыляется. По дороге вспоминает. Из Москвы в молодежный альплагерь направили двух мастеров познакомить местных ребят с основами горного спорта. После первого выхода с молодежью на обзорный панорамный пункт спустились Ходакевич с Чекмаревым встревоженные:

– Хорошие ребята... Только ни малейшего представления об объективных опасностях гор. Лезут напропалую. «Мы-де здесь родились». Не наломать бы с ними дров в походе. Потом с нас же спросят.

– Что предлагаешь конкретно?

– Надо воспитывать. На вечер назначим вводную беседу. Будь другом, Коля, загни им что-нибудь впечатляющее. Пускай проникнутся.

– Ты прав. Надо внушить им уважение к горам.

Сухощавый, с чуть запавшими щеками и озорными глазами Николай Чекмарев сразу взял быка за рога. «Красивы горы, но таят, учтите, ребята, в этой самой красоте угрозу. Усыпляют бдительность сверканием снегов, красками заката, брызгами водопадов». И тут же поведал, как на пути к вершине Эльбруса его товарищи по походам наткнулись на занесенный снегом валун, схожий с какой-то фигурой. Подошли... Счистили снег... Да это же Зельгейм! Московский инженер, классный спортсмен. Но любил один на один встречать восход на вершинах. И случилось – обессилел, а дружеской руки рядом нет...

Моральный кодекс русского альпинизма, напомнил лектор, осуждает практику одиночного хождения в горах, как чуждую духу коллективизма, пронизывающему весь русский спорт.

А Чекмарев уже рассказывал, откуда взялось, к примеру, на склонах Ушбы название «Скалы Настенко». От неплохого спортсмена и парня Настенки. Но вбил он себе в голову, что на восхождении решают темп, скорость, а вся эта канитель с веревкой, бивуаками, страховкой нужна только тому, кто связывает себя с другими, кто трусит бороться с горой один на один. И он ушел один и не вернулся.

Чекмарев оглядел лица. Теперь уж он полностью завладел аудиторией. Это придало ему прыти. Леденящие кровь истории сыпались на головы юнцов как из рога изобилия. Об австрийском лыжнике Вульфе, который провалился в трещину, но каким-то непостижимым образом успел зацепиться лыжами за края. Так и висел над бездной вниз головой целых одиннадцать часов, его извлекли с почерневшим от прилива крови лицом. А лавина поселка Гоппенштейн! Она остановилась внизу под склоном, но продолжала свой полет порожденная ею воздушная волна. Она срывает кровлю с нового отеля, зашвыривает в реку массивный биллиард, а все, кто сидел к ней лицом, были мгновенно удушены. Они валились как подкошенные, широко раскрыв рты, с выкатившимися, остекленевшими глазами: чудовищная сила воздуха разрывала им легкие... «Угодно задать вопросы?»


На заметку альпинистам:

След каравана между гор
Караванщики показывают пик Гэсэра
Память о восхождении на западный купол
Новая вершина превышающая Хан-Тенгри
Глубокие трещины на глыбах льда
Вершины, засыпанные снегом вокруг узкого перевала
Горы к югу от Хан-Тенгри
Пик Летавета. Содержание