В горах не обойтись без пневмокостюма

«Как и всякая другая»... Надежная защита от облучений... От кобальта-60. Вспомнились рассказы наших туристов, вернувшихся со Всемирной выставки в Брюсселе... В одной из витрин – пара перчаток Марии Кюри. Нет-нет, не лайковые перчатки, приличествующие молодой даме, только защитные перчатки, в которых работала она с радием. Когда же? Более полувека назад. Но и поныне поднесенный к перчаткам счетчик Гейгера нервно вздрагивает, издавая предостерегающее потрескивание. Ведь полураспад радиоактивных изотопов измеряется сотнями лет, тысячелетиями. А первыми защитными приспособлениями могли бы пользоваться разве только атлеты второй тяжелой категории на уровне Алексеева либо Жаботинского. Вес освинцованных перчаток, которыми только и можно было надежно защитить руки Марии Кюри, свыше пуда (семнадцать кило), очков из свинцового стекла – три килограмма.

Летавет с подготовленными им же сотрудниками группы индивидуальной защиты, доктором медицинских наук С. М. Городинским, 3. С. Четвериковой, в содружестве с физиками да конструкторами начали с тактики активной обороны... Джина – сиречь радиоактивное вещество – изолировать в капсулу, в бетонный контейнер. Управлять процессом не иначе как дистанционно, на расстоянии. Как на каждое усиление огневой силы стволов артиллерии металлургия отвечала новыми марками брони, так и здесь создавалась своя защитная броня.

За два-три года до американцев и англичан у нас испытали подобие водолазного скафандра, так называемый пневмокостюм. Мы читаем сейчас о бытовых костюмах будущего, их не будут шить, но клеить, выплавлять, как отливают из пластиков прямо на ноге слаломиста горнолыжную обувь. Таким цельносварным, без шитва, без швов, даже без клея и стал первый многослойный пневмокостюм на основе высокочастотной сварки.

Одним из первых его, на сей раз неофициально, испытал боевой корреспондент «Комсомольской правды» Леонид Репин. Облачился в оранжевый, не легкий, но легчайший, почти невесомый пневмокостюм, сквозь шлюз прошел в аэрозольную камеру. «Потом заработал генератор и я услышал, как разом включились счетчики Гейгера, и, должен сознаться, их бодрый треск не вызвал во мне особого энтузиазма. Зато я заметил, что Мне почему-то захотелось двигаться очень медленно и осторожно, как будто это поможет обойти что-то невидимое и опасное, что здесь всюду вокруг» (Л. Репин).

Потом еще одно испытание – каков жизненный ресурс костюма? Перекрыли подачу воздуха, но человек жил, и дышал, и действовал, пока выделенная организмом углекислота не потребовала чистого воздуха. В костюме его хватает на три-пять минут, но Репину «очень хотелось не посрамить марку газеты и просидеть без воздуха десять минут – столько, сколько сидели самые терпеливые из испытателей».

Со временем мы узнаем и о многих других работах Летавета и созданных им коллективах, которые он вел и ведет к тем высотам, что не легче и не безопаснее тянь-шаньских семитысячников. И путь к ним надо считать не менее рискованным, чем тех, кто в белых халатах идет на чуму и черную оспу в Азии и Африке.

Во всех своих практических и теоретических изысканиях Летавет никогда не забывал об одной из основ человеческого здоровья – физической культуре, спортивной закалке и тренировке.

Он сам многим обязан спорту, туризму от легкого воскресного – прогуляться по каньону реки Баньки близ подмосковной станции Опалиха – до восхождения на домбайскую вершину Софруджу и спуска с нее па лыжах. На себе самом он ставит как бы затянувшийся на десятилетия эксперимент.

Столешницы из натурального камня часто задаваемые вопросы столешница из камня.


На заметку альпинистам:

Путь многих мастеров спорта
Страна под Эльбрусом
Белый снег на хребтах гор
На санях между Сваном и Ушбой
Год пути до Ушбы
Летавет на горах Сваны
Здесь живет большая часть народа
Пик Летавета. Содержание