Угольный разрез

...Раздался гудок тепловоза. Товарный состав приближался медленно, будто проверяя прочность рельсового пути. И вот уже первый вагон под погрузочной воронкой. Включились двигатели, загремели моторы, через весь экскаватор помчалась транспортерная лента. Там, на другом конце ее, в забое, заработал, завертелся ротор – двухметровой высоты круг со множеством острозубых ковшей, которые грызут, состругивают пласт, выгребают уголь, перекидывают на широкую ленту. Поток темно-бурой массы несется по ленте с большой скоростью, устремляется в вагон, удивительно быстро заполняет его. Машинисту погрузочного устройства, сидящему в кабине над вагоном, надо быть очень внимательным. Стоит промахнуться на метр, опоздать на секунду – и несколько тонн угля обрушатся на рельсы. Расчищай потом лопатой... Машинист следит за показаниями приборов, регулирует направление угольного потока, дает указание команде тепловоза продвинуть состав. Мощный конвейер действует, дает свою продукцию.

...Мы уходим, пробираемся через сыпучие всхолмления. Когда поднялись из котлована наверх, открылась широкая панорама угольного разреза. Мерцают огоньки по склонам, дымы поднимаются в небо, словно кто-то разжег и не погасил костры. Таково свойство бурого угля: если его извлекли из пласта, держат на открытом воздухе, он загорается сам по себе. Отсюда, с высокого обрыва, экскаватор ЭРП-2500 уже не кажется столь громоздким. Его угловатые формы сглажены, смягчены морозной дымкой. В стороне видны очертания другого экскаватора, еще крупней – ЭРШД-5000. Этот, шагающий, добычной, способен брать вдвое больше угля. Правда, с ним хлопот много, и каждая минута простоя обходится значительно дороже. Но уж когда он врубается в пласт, только успевай подавать составы. Вот и сейчас очередной эшелон тяжело отползает в сторону.

– Велики перспективы развития Бородинского месторождения, одного из самых крупных на КАТЭКе, – рассказывает главный инженер разреза Геннадий Анатольевич Рубайло. – По своим масштабам это второй после Экибастуза угольный разрез в стране. Увеличивая каждый год объем добычи на два миллиона тонн, мы осваиваем полоску примерно в сто метров шириной. Если добывать не 28 – 30 миллионов тонн в год, как сейчас, а вдвое больше, то и тогда запасов хватит лет на 80. Таких объемов никто не мог себе представить сто лет тому назад, когда здесь, в самом центре Азии, были впервые обнаружены выходы бурого угля.

Да, масштабы поистине сибирские. Ведь Бородинский разрез – лишь незначительная часть Канско-Ачинского топливно-энергетического комплекса. Разведанные залежи бурового угля протянулись на добрых 800 км вдоль старой Транссибирской железной дороги. Запасы их, по самым скромным подсчетам, составляют 600 млрд. тонн, на две трети годные к открытым разработкам.


Читаем о сибирский передовиках:

КАТЭК
От кого зависит успех дела
Мастерская на плаву
Там, где река Амнунакта...
Зачем едут в тайгу
Рабочие Сибири (содержание)